Ирина ГОЛОВИНА: «Все архивы сгорели, а значит пенсию вам 0 рублей – это логика шизофреника»

5780

12 июля


Красноярский врач, проработавший много лет в медицине и перенесший тяготы перестройки, осталась без начисления пенсии за трудовой стаж. Это произошло из-за пожара в архивах, где хранились записи о стаже и начислениях зарплаты.

Чиновники утверждают, что в подобных случаях еще никто через суд не доказывал свои доходы. Новости ТВК приводят полный текст со страницы в Facebook Ирины Головиной, женщины, врача, которая в этом году вышла на пенсию.

«Я "за" пенсионную реформу. То, что есть сейчас – это издевательство над людьми.

Только под словами «пенсионная реформа» я подразумеваю не повышение возраста выхода на пенсию. А реформа в законодательном порядке того бардака, о котором вы не знаете, пока с этим не столкнулись. Но произойти это может с любым.

У вас может быть минимальная пенсия, такая же как у тех, кто не работал ни одного дня, даже если вы работали сутками. На государство, не на дядю. У вас была «белая зарплата». Большая, потому что вы очень много работали во благо государства. Но ОНО вам просто плюет в лицо.

Сгорели архивы, где была написана моя зарплата, та, что была у меня самая высокая. С которой я собиралась уходить на пенсию. И теперь мне поставят: "зарплата – 0 рублей". И с ноля будут начислять пенсию. Можно эту проблему решить цивилизованный путем? Конечно.


Казалось бы все просто: по логике, если произошла такая ситуация, возьмите среднюю зарплату по стране. Или хотя бы размер ставки по штатному расписанию тех лет и в этой должности. Все просто. Логично? Да.

Но у нашего государства, а оно имеет конкретные фамилии и имена: президент, премьер министр, депутаты, народные избранники, то, что в психиатрии называется термином ПАРАЛОГИКА. Логика, которая есть у больных шизофренией.

И я, такая, со сгоревшими архивами финансово экономических документов, не одна... Похоже, кому-то выгодно, чтобы они горели. И все, у кого утеряны архивы по зарплате до 1992 г., – все получают минимальную пенсию.

"Никто еще не выиграл суд. Никто", – сказали мне в пенсионном фонде.

Дурдом... А как еще назвать ситуацию, которая произошла со мной и, оказывается, со многими тысячами тех, кто трудился в нашей стране? И еще произойдет, но вы еще этого не знаете.

Подробности. Мне повезло. Я вышла на пенсию в 55 лет в этом году. Моя трудовая деятельность, как у многих, пришла на те годы, когда надо было выживать – лихие девяностые.

Мы знаем, что профессора стояли на рынках, известные актеры мыли полы у новых русских, даже наш президент таксовал (и доказать свой реальный доход он не сможет).

Начну с начала. Я всегда работала очень много. Мой трудовой стаж – 38 лет. С 1980 г, я, семнадцатилетняя студентка, пошла мыть полы, и санитарка и медсестра. В 1986 г. я – врач. Пошла работать на участок.

Очень тяжелая участковая работа. Участковых педиатров не хватало и приходилось работать на 1,5 ставки. Человек 40 на приеме, а потом по 10-15 вызовов. А зимой во время эпидемий гриппа по 20-25 вызовов.

А еще по 5-6 дежурств в стационаре. Стационар был инфекционных, работал по Скорой помощи, очень тяжелых деток привозили, поэтому поспать ночью почти не было возможности. Уходя из дома в 7:30 утра, приходила домой в 8 вечера следующего дня.

Уставала? Это не то слово. Помню, что садилась на диван и даже голод не мог заставить меня встать. Усталость была сильнее.

Так до сих пор работают доктора, так моя младшая Ника работает. Работает бесплатно. А тогда за это платили. Я из многодетной семьи, нас было четверо, и мне никто не помогал. Я пахала и по сравнению со среднестатистический доктором я зарабатывала хорошо.

За участковую работу – 168 руб. ставка, плюс еще полставки, плюс полставки дежурства. Итого: около 300 руб. я получала на руки. В то время, средняя зарплата была 200 руб.,на одном из фото даже есть таблица. Так я работала до 1990 г.

Потом ушла в стационар. Конечно, зарплата стала меньше. Плюс в 1993 г. я ушла в декретный отпуск, ждала Никусика. Выйдя в 1996 г., первое, что я услышала от главного врача, что надо написать заявление на, то что я хочу перейти на 0,25 ставки. Иначе – увольняйся. Так выживали в те годы медицинские учреждения.

Конечно, жить на эти копейки было нельзя. Экспедиции, подработки... Мы в те годы не знали слова "белая зарплата". Надо было выжить.

В 2000 г. я регистрирую ИП. Врач, который не имеет ничего кроме своей головы, априори не может зарабатывать миллионы, и если уходить на пенсию с тех сумм, которые зарабатываешь как ИП – это абсолютные копейки.

Я выбрала по закону для начисления пенсии те годы: с 1987 по 1992. Но архив сгорел... В 2017 г. И все сведения о моем трудовом стаже и заработке с 1965 г. по 2010 г. – уничтожены.

Все, что с 1992 г. можно подтвердить – отчисления в налоговую, а все, что до этих лет – нельзя. Не считается. Ноль рублей. Вот так.

На мои слова: "можно тогда взять хотя бы среднюю зарплату по стране в эти годы?", мне ответили. Нельзя по закону. Вот такой у нас закон...

Работала? Да. Получала деньги? Да. А докажите? Вот это и есть паралогика. Та, что движет сумасшедшими, душевно больными. Наше государство, чьи законы сумасшедшее – душевно больное.

Мне страшно в этом признаться, но исходя из вышенаписаного приходишь к выводу, что те кто пишет законы, принимает и утверждают, страдают этой болезнью. Шизофренией. И мы заложники сумасшедшего государства.

Как то так», – красноярский врач, пенсионер Ирина Головина