Социальное неравенство: почему одни уходят на пенсию в 65, а другие – в 35

213002

9 июля


Реформа, направленная на повышение пенсионного возраста в России, еще больше увеличивает социальное неравенство между привилегированными силовиками, которые могут выйти на пенсию уже в 35 лет, и обычными гражданами, которых заставляют работать до 65. «Новая газета» рассказала, какие еще льготы положены пенсионерам-досрочникам из силовых и военных ведомств.

Социальное неравенство: почему одни уходят на пенсию в 65, а другие – в 35

Чтобы наглядно показать степень неравенства, «Новая газета» выделила 3 пункта, обуславливающих пенсионную диспропорцию в России.

Во-первых, это возраст выхода на пенсию. Сейчас сотрудники Минобороны, МВД, ФСБ, ФСО, Росгвардии, ФСИН, МЧС, прокуратуры начинают получать выплаты по старости с 40-45 лет.

Отметим отдельно, что минимальный срок выслуги для сотрудников ФСБ составляет 20 лет, но во многих случаях каждый год трудового стажа засчитывается за 1,5 года. По факту это позволяет работникам ведомства выходить на пенсию уже в 35 лет.

Во-вторых, это размер пенсионных выплат. Так, кроме обычных выплат, на пенсии силовиков ждут и солидные надбавки. В итоге суммы сотрудников силовых структур во много раз превосходят те, которые получают обычные пенсионеры.

А в-третьих, это продолжительность пенсионных выплат. В результате, получать пенсию привилегированные группы будут не 13 лет, как среднестатистический россиянин мужского пола, а как минимум на 20 лет дольше.

В итоге сколько денег тратит государство на содержание закрытой пенсионной системы «для своих», неизвестно. Точная информация о количестве силовиков, имеющих право на льготные пенсии, как правило, засекречена. По оценкам Института социальной политики ВШЭ, речь идет о 2,5 млн силовиков, но о размерах их пенсий судить сложно.

«Сотрудники силовых структур получают деньги не из Пенсионного фонда, а из бюджетов отдельных министерств – Минобороны, МЧС и т.д. Поэтому мы не можем сказать, сколько денег идет на выплаты пенсий военным или силовикам», – сообщила замдиректора Института социальной политики Высшей школы экономики Оксана Синявская.

Глава Научно-исследовательского финансового института при Минфине Владимир Назаров приводит в социальных сетях следующие расчеты: на досрочные пенсии сотрудникам силовых структур сейчас тратится 0,7% ВВП в год (около 700 млрд руб.).

Многие называют несправедливым тот факт, что в большинстве своем сотрудники силовых ведомств не воюют на передовой, а занимаются рутинной кабинетной работой, поэтому в 40 лет они вполне здоровы и не имеют никаких профессиональных заболеваний. Таким образом, эти люди должны быть равны по всем привилегиям обычным офисным работникам.

«Есть кто-то, кто участвует в антитеррористических операциях, получает ранения и контузии, но в целом мы не ведем никакой фронтальной войны и не находимся в острой фазе КТО. Поэтому эти люди в большинстве своем – такие же офисные работники, как и все остальные. То же самое касается и военнослужащих, которых в Минобороны около 800 тыс. человек, и плюс еще около 1 млн человек гражданского персонала. Все эти люди почему-то имеют право на досрочные пенсии», – подчеркивает политолог Екатерина Шульман.

Разговоры о необходимости реформировать эту систему ради большей социальной справедливости ведутся уже много лет, но процесс так и не сдвинулся с мертвой точки. Пока только звучат предложения на счет увеличения стажа выслуги лет для военных, а также идеи о том, чтобы вкладывать дополнительные ресурсы в переквалификацию силовиков, вышедших на пенсию.

Отметим, что не только силовики могут выйти на пенсию раньше. Но из проекта «пенсионной реформы», предложенной правительством, ясно одно: силовики имеют гораздо больше шансов сохранить свои пенсионные привилегии, чем все остальные категории льготников, включая бюджетников. Ведь, согласно нынешним планам кабмина, возраст выхода на пенсию для досрочников может быть увеличен на 8 лет.

«Резко пугать своих работников, на которых государство рассчитывает во время выборов – как с точки зрения организации, так и с точки зрения лояльного голосования, – власти опасаются. Но совсем исключить бюджетников из этого процесса, в отличие от силовых структур, которые избавлены от повышения пенсионного возраста, государство не сможет», – рассказывает политолог Екатерина Шульман.

Как отмечают эксперты, теоретически главным лозунгом пенсионной реформы в России могли бы стать слова «мы повышаем пенсионный возраст, но повышаем его для всех».

«Это потенциально сильный месседж. Добровольный отказ от привилегий ради общего блага, почти как в первые месяцы Французской революции. Но в современной России этого никто не сделает, потому что силовики – эти не просто опора режима, это и есть сам режим. Никто не смеет их тронуть даже в малейшей степени», – отмечает политолог Екатерина Шульман.

Напомним, депутаты Заксобрания Красноярского края проголосовали по вопросу пенсионной реформы. Большинство оказались «за» – 31 депутат.